«Украинская дипломатия стала зубастой, но ничего не делает» – Богдан Яременко

    21 августа, 2015 15:12
    С дипломатом Богданом Яременко говорим о войне на Донбассе, дипломатическом фронте, действии мировых санкций на Россию, а также о будущем Крыма
    Богдан Яременко
    Фото: UA1
    Богдан Яременко

    Дипломат с многолетним стажем Богдан Яременко возглавляет общественную организацию «Майдан иностранных дел». Созданная во время революции на Майдане, организация поставила своей целью критику власти экс-президента Виктора Януковича и внешней политики, осуществляемой под руководством тогдашнего министра иностранных дел Леонида Кожары.

    Однако сегодня у Яременко есть много вопросов к власти нынешней. В частности, дипломат выступает против Минских договоренностей и изменений в Конституцию в условиях войны.

    Несмотря на то, что после критики президента Порошенко из Администрации не звонили, несколько месяцев назад вещи в квартире дипломата оказались перевернутыми, хотя ничего украдено не было.

    «Именно в этот период Порошенко обсуждал с нашими спонсорами, что мы плохая организация и нас не надо финансировать», – подчеркивает Яременко.

    Не называя конкретных фамилий, рассказывает, что «Майдан иностранных дел» спонсируется украинским бизнесом.

    В войне с Россией украинская власть поставила на дипломатию. Ее основная функция – остановить войну. Но войны не останавливаются дипломатами. Война решается на фронте.

    Специалистами организации – в столичном офисе работают еще три эксперта-международника и экономист – была разработана стратегия возвращения Крыма, ведется ежедневная статистика кораблей и воздушных судов, заходящих в Крым, в нарушение режима транспортной блокады полуострова. 

    В последнее время боевики активизировали военные действия на Донбассе. Какова цель очередного раскачивания ситуации в регионе со стороны России?

    Важны не факты, а тенденции. Полтора года Россия ведет войну против Украины. Удачно сочетает военные, политические, экономические и дипломатические методы игры. Может достигнуть определенного напряжения на фронте, создать иллюзию преимущества или реально достичь какой-то локальной победы. Далее – пытается это закреплять за столом переговоров, инициируя договоренности. Мотивация России – сломать Украину и единство вокруг нее Соединенных Штатов и Евросоюза. Уничтожить объединение ЕС и НАТО как осуществляющее совместную оборону и невыгодную интересам России внешнюю политику.


    Нардеп из НФ и координатор группы «Информационное сопротивление» Дмитрий Тымчук утверждает, что Украина не дорабатывает на дипломатическом фронте. Какие основные ошибки допускают украинские дипломаты?

    В войне с Россией украинская власть поставила на дипломатию. Ее основная функция – остановить войну. Но войны не останавливаются дипломатами. Война решается на фронте. Должна произойти какая-то развязка на поле боя, тогда дипломаты ее оформят. Россияне подкинули нам абсолютно ложный и лживый тезис о том, что после каждой войны начинается мир или каждая война заканчивается переговорами. Это не так, потому что когда ты отступаешь, то можешь договориться только о капитуляции, а когда наступаешь – о выгодных условиях. Поэтому Россия должна понять, что мы будем воевать до конца. Сейчас россияне уверены в обратном: что нас можно дожимать, пока дипломатично не согласимся на их условия.

    У нас нет плана тотальной дипломатической войны против России. Блокируем ее инициативы только стихийно и за счет государств, которые не воспринимают позицию России.

    Проблема украинской дипломатии – ничего не делаем, кроме заявлений. Ее хвалят за то, что стала зубастой. Но за этими острыми заявлениями нет никаких последовательных действий. Приведу простой пример. В прошлом году над Донбассом сбили малазийский лайнер, погибло 298 человек. За этот год Малайзия уже разработала проект резолюции Совета безопасности ООН и создала международную коалицию в ее поддержку. Привлечена и Украина, которая потеряла гораздо больше в этой войне. То есть начался конкретный процесс. Украинская дипломатия полтора года только созывает заседание за заседанием, чтобы поговорить. Где проект украинской резолюции об осуждении России? О трибунале над Россией? Где попытки создать судебные органы для рассмотрения этой агрессии?

    Многораундовые переговоры в Минске похожи на бесконечную дипломатическую игру на истощение. Так ли это?

    Нет. Это блестящие примеры того, как небольшие победы на фронте могут заканчиваться большими дипломатическими переговорами. Цинично, но в Иловайской трагедии потери наших солдат не были такими, чтобы говорить о потере нами обороноспособности. Однако из-за испуга нашей власти и в результате дипломатического давления России мы согласились на невыгодные для нас условия, при которых Украина не сможет жить как единое государство.

    Договоренности предусматривают создание анклава, где за деньги украинских налогоплательщиков будет восстанавливаться уничтоженное Россией. Жителям Донбасса предоставляются права, которых нет у жителей других регионов: назначать свою милицию, прокуроров, судей. Донбасс станет федеративной частью, которая будет получать из центра средства, и при этом самостоятельно решать, ставить ли памятники Сталину и развивать ли русский язык. В виде Минских договоренностей нам подсовывают фактически капитуляцию. 



    Что из переговоров с Россией максимально может «выжать» Украина?

    Все, что угодно. Главное – поставленные задачи. Какие они сегодня – не знаю, так как не понимаю мотивов подписания Минских договоренностей. Сейчас украинская дипломатия должна заниматься практическими вопросами: где взять вооружение, ресурсы для ведения войны, где лечить раненых? Это выполняется частично.

    У нас нет плана тотальной дипломатической войны против России. Блокируем ее инициативы только стихийно и за счет государств, которые не воспринимают позицию России. Поэтому задача дипломатии – создавать некомфортное политически-дипломатическое положение для государства-агрессора.

    Министр иностранных дел Украины Павел Климкин недавно заявил, что Запад не хочет замораживания конфликта на Донбассе. Какова позиция Европы и Америки относительно Донбасса на сегодняшний день?

    Позиция Запада четкая. Они признают территориальную целостность Украины, не пойдут на официальное признание аннексии Крыма или потери Донбасса. Однако не хотят войны. Все остальное является игрой вокруг этого. Думают: как отступить от принципов поддержки Украины, но так, чтобы и войны не было. Если бы Путин был умнее, то давно бы договорился с Западом. Он просто не хочет. Идет к своей цели. На самом деле Запад с ним охотно бы поладил – прекратили бы войну и сняли санкции.

    Санкции против Крыма и его блокада должны быть вентилем, а не стеной. Закрутить его полностью – это ни воды, ни электричества, ни продуктов. Не надо ограничивать только граждан Украины.

    Актуальный дискуссионный вопрос украинского политикума сегодня: стоит ли проводить местные выборы на оккупированном Донбассе?

    Минские договоренности предусматривают проведение выборов и внесение изменений в Конституцию. Теперь Россия на этом настаивает. Запад говорит: подписали – исполняйте. В этом вопросе Украине стоило занять категорическую позицию. Сказать: не можем провести выборы на Донбассе до прихода на захваченную боевиками территорию украинской власти, милиции, судебной системы и установления контроля над границей. И ЕС, и США с этим бы согласились. Выборы не проводят в период войны. Но Украина ставит себя в позицию жертвы, которая терпит.

    С начала августа начали действовать расширенные санкции США в отношении России. Следует ли нам настаивать на продлении и усилении санкций в дальнейшем?

    Это должно быть стратегическое направление работы украинской дипломатии. Поскольку санкции – пока единственный и эффективный способ воздействия на Россию. Механизм постепенного закручивания гаек и подавления России. Он уже мощно действует. Россия потеряла деньги. Основные доходы России – а это около 80 процентов бюджета – идут по продаже нефти и газа за рубеж. Европа и Украина, основные потребители, отказываются от российского газа и частично нефти. Это уже сокращает прибыль в бюджет России. Кроме того, нефть и газ – исчерпывающий ресурс. Постоянно надо осваивать новые месторождения, осуществлять разведку. Мир запретил продавать России технологии, оборудование и предоставлять кредиты на это. А оборудование они покупали на Западе. Таким образом, Москва остается без прибыли в будущем.

    Пойдет ли Запад на более жесткие шаги, например, отключение России от международной платежной системы «SWIFT»?

    Вполне возможно. Пока на такой шаг не идут, потому что мир боится реакции России. Это может спровоцировать неадекватные военные действия в ответ. Демократические страны Запада очень ответственные. Не могут себе позволить непрогнозируемых шагов. А этот будет иметь серьезные финансово-экономические последствия для России, поскольку сделает невозможной торговлю с ней. Любой бизнес с Россией прекратится.

    Как украинская власть должна отреагировать на дипломатический цинизм Путина, который осуществил визит в Крым?

    Должны были разорвать дипломатические отношения. Однако посольство России у нас работает, как и наше в Москве.

    В соцсетях пишут, что надо было отключить электроэнергию и водоснабжение полуострова.

    Такие меры воздействия нельзя применять в ответ на какое-то одноразовое действие. Это должно быть частью стратегии возвращения Крыма. Санкции против Крыма и его блокада должны быть вентилем, а не стеной. Закрутить его полностью – это ни воды, ни электричества, ни продуктов. Не надо ограничивать только граждан Украины. А россиянам говорим: хотите, чтобы фуры с продуктами пошли снова, – прекратите давление на украинцев и крымских татар. Потому что сегодня в Крыму заставляют принимать российское гражданство, не дают работать. Блокада – это средство воздействия на Россию.

    Крым вернется, потому что полуостров не самостоятелен и не может существовать без континентальной Украины. Иначе станет слишком дорогим для жителей и тех, кто его содержит из Москвы.

    Вы утверждаете, что Россия хочет обменять завершение войны на Крым.

    Да, в России начинают задумываться над тем, как это выгодно завершить, потому что в полной мере ощущают последствия экономических санкций. И нет альтернативы с Китаем. Логично будет обменять завершение войны на Крым, поскольку Россия и не планировала забирать Донбасс. Поэтому победой для них будет оставить статус-кво, при котором Крым – это РФ, а Донбасс возвращается в Украину с местной властью террористов и инфраструктурой, разрушенной Россией. Сейчас Россия рассматривает различные сценарии. Хотят, чтобы мир согласился не говорить о Крыме и снял все санкции.

    Российский политолог Андрей Зубов в интервью рассказал, что идут переговоры об уходе России из Донбасса.

    Было бы недооценкой России утверждать, что они только сейчас начали работать над этим. В Кремле одновременно думают и как выиграть войну, и где можно себе что-то урвать. Работают на всех уровнях во всей Европе – и с политиками, и с военными.

    Когда и при каких условиях Украина сможет вернуть Крым? Глава МИД Павел Климкин убежден: «Крым вернется в Украину раньше, чем многие ожидают».

    Меня бы порадовало, если бы он сказал: раньше, чем я уйду с должности министра иностранных дел. Тогда я понимал бы, что речь идет о коротком сроке. Это бессодержательное заявление ни о чем не говорит. А кто когда ожидает?

    Мы, как авторы стратегии возвращения Крыма, считаем, что Крым вернется, потому что полуостров не самостоятелен и не может существовать без континентальной Украины. Иначе станет слишком дорогим для жителей и тех, кто его содержит из Москвы. Если Украина будет реализовывать целенаправленную политику – вернем быстрее. Иначе это может растянуться на десятилетия.

    Мир ожидает от нас четкой формулировки, чего именно мы хотим, ожидает реальных действий. Западу нужна стабильная Украина, экономически процветающая, способная себя защитить.

    Что делать Украине, чтобы как можно быстрее вернуть Крым?

    Усилить международную и собственную блокаду Крыма, военное и международное давление, ввести санкции против Крыма. Разработать систему поощрения и поддержки граждан полуострова, в частности крымских татар. Еще необходимо решить вопрос будущего административного устройства Крыма и статуса этой автономии в рамках Украины. Следует писать законодательство под Крым, который будет в Украине. Создавать структуры, формировать финансовые активы. Но основная концептуальная задача – сделать Крым слишком дорогим для России.

    Российские политологи уже говорят, что Крым для России стал бременем.

    Да, у них не было денег в бюджете для полуострова. Средства забрали из регионов. Однако мы могли бы нанести России еще больше ущерба. Для нас оккупация Крыма прекратится не тогда, когда вернем территорию и установим там украинскую администрацию, а когда компенсируем все потери, прежде всего, убийство людей и уничтоженную инфраструктуру.

    Как это возможно – через международные суды?

    Даже суды не выглядят быстрой возможностью взыскать с России компенсацию за потери, но это следует делать. В дальнейшем, если Россия будет страдать экономически, то вполне может ослабнуть настолько, что согласится на данное решение на двустороннем уровне. Как это произойдет – сказать трудно, но необходимо ставить такую задачу.

    Чего от Украины ждут сегодня ЕС и США?

    Реформ. Сейчас Украина меняется, но масштаб реформ не такой, как хотелось бы, несмотря на то, что обществом нанесен сильный удар по разрушительной для страны системе. Мир ожидает от нас четкой формулировки, чего именно мы хотим, ожидает реальных действий. Западу нужна стабильная Украина, экономически процветающая, способная себя защитить. Это выгодно и США, и ЕС. Именно поэтому они нам помогают.

    Теги: Крым Россия США крымские татары Порошенко Донбасс санкции минские соглашения ЕС дипломатические отношения ОО «Майдан иностранных дел»
    ТАКЖЕ ЧИТАЙТЕ
    Комментарии
    1000 символов осталось
    ТОП МАТЕРИАЛОВ



      Архив