«С такими темпами реформ все сделаем за 35 лет» – Валерий Пекар

    28 июля, 2015 16:03
    Член Национального совета реформ Валерий Пекар об эффективности парламента и правительства, о фактическом провале реформ и о том, удалось ли власти облегчить жизнь бизнесу. Эксперт отвечает на вопросы: что ждет Украину?
    Валерий Пекар
    Фото: UA1
    Валерий Пекар

    Валерий Пекар – эксперт по стратегированию. Преподает в Киево-Могилянской бизнес-школе курс «Управление будущим». В собственном бизнесе с 1992-го. После Майдана прекратил заниматься предпринимательством. Вместо этого стал одним из соучредителей гражданской платформы «Новая Страна» – общественного объединения, которое занимается разработкой и воплощением реформ.

    Что Верховной Раде удалось сделать за последние полгода своей работы, а что нет?

    Впервые в Верховной Раде сложилось реформаторское большинство. Но качество его работы видно из анализа выполнения коалиционного соглашения. За первые пять месяцев выполнено всего 39 процентов запланированной работы. Если брать год полностью, то законодательное обеспечение реформ выполнено коалицией только на 11 процентов. Советом принята лишь треть правительственных законопроектов. А 19 процентов законопроектов Кабмина вообще сняты с рассмотрения. Ситуация крайне неприятна. Понимаем, что запланированное на последние месяцы 2015 года выполнено не будет.

    Если постоянно не будет хватать голосов на реальные реформы, будет много популизма, то следующий парламент нам будет нужен весной 2016-го.

    Почему в коалиции нет единства?

    В ней не может быть единства. Потому что, во-первых, пять партий коалиции имеют очень разные позиции. Во-вторых, каждая из партий состоит из очень разных людей, которые по-разному настроены идеологически. Например, в «Самопомощи» видим два или три крыла, начиная с либерального большинства, которое настроено на экономическое развитие, и заканчивая социально-консервативными силами. В «Блоке Петра Порошенко» внутри фракции с десяток внутрифракционных групп.

    Вокруг кого эти «фракции во фракциях» концентрируются?

    Даже не хотел бы разбираться. В целом, весь парламент можно разделить на три основные партии: «партия прошлого», «партия настоящего» и «партия будущего».

    «Партия прошлого» – это люди, которые считают, что лучше было жить при Кучме. Тогда был определенный олигархический баланс. Самые богатые группы имели примерно равный доступ к эксплуатации народных богатств. За этим всегда следил независимый арбитр, который сам олигархом не был. Малый и средний бизнес мог как-то жить. Его никто особо не трогал, если он не влезал в политику. Народ не бунтовал, и все как-то жили. В «партии прошлого» считают, что это надо восстановить.

    Представители этой группы есть во всех фракциях. Это примерно 150 депутатов. Большинство таких в «Оппозиционном блоке», «Возрождении» и «Воле народа», но единичные представители есть почти во всех фракциях. Проблема «партии прошлого» в том, что прошлое уже прошло. Тех богатств уже нет и невозможно вернуться в те обстоятельства. Потому что и народ изменился, и страна уже другая. Кроме того, идет война.

    Если говорить, что реформы начнутся после войны, тогда эта война будет бесконечной. Те, кто не хочет изменений, сделают все, чтобы она не заканчивалась.

    Сколько представителей «партии настоящего»?

    Большинство – более 200 депутатов. Они также есть во всех фракциях. У них все очень хорошо. Считают, что надо сделать косметический ремонт страны, чтобы люди не бунтовали. Проблема с настоящим – его невозможно схватить, оно непрочно. Потому что сегодня экономическое, политическое, социальное и военное положение в Украине нестабильно. Невозможно заморозить то, что имеем.

    Кто входит в «партию будущего»?

    Это около 50 депутатов из всех партий или немного меньше. Эти люди пришли проводить реформы. Таким образом, имеем парламент, структурированный не по идеологиям или ценностям, а по партийным спискам, которые ничего не значат. Рано или поздно Верховная Рада должна будет структурироваться по идеологии. Иначе получим постоянное и повсеместное нарушение фракционной дисциплины и постоянные внутренние конфликты, как в «Самопомощи» или БПП. Поэтому это переходный парламент по всем признакам. Он вроде бы и постмайдановский, но не соответствует запросам общества.



    Когда будут новые парламентские выборы?

    Зависит от дальнейшей эффективности работы Верховной Рады. Если постоянно не будет хватать голосов на реальные реформы или будет много популизма, то следующий парламент нам нужен будет весной 2016-го. Сейчас Рада не способна на быстрые изменения в стране из-за этой внутренней неэффективности. Ведь общество каждый раз выдвигает большие требования, чем политическая система способна выполнить. Причина – устаревший регламент, иногда не работают парламентские комитеты.

    Что показало голосование в Раде Конституции?

    Там было три момента. Первый – давно назревшая и крайне необходимая децентрализация.

    Второй – спор вокруг увеличения полномочий президента через префектов. Хотя не вижу здесь никаких проблем. Многие аналитики называют это попыткой узурпации власти. Но нам необходима определенная вертикаль власти, которая станет предохранителем. Без этого децентрализация может развалить страну. Поэтому институт префектов – это такой предохранитель.

    Третий проблемный момент – закрепление особого статуса оккупированных областей Донбасса. Многие за этим видят многоходовку, которая должна нас привести к реализации плана Кремля. Поэтому понимаю депутатов, не желающих играть по этим правилам. Мы должны когда-нибудь прекратить играть с Конституцией как с инструментом, который решает наши тактические задачи, ведь это стратегический ресурс.

    Почему депутаты в голосовании за Основной Закон поддались давлению со стороны международных партнеров?

    Никто никого не принуждал. Им просто показали, как это видят в Брюсселе или Вашингтоне. Сегодня мы находимся в ситуации, когда нам крайне необходима поддержка Запада. Без этой поддержки Украина не может дальше развиваться. Но давлению можно мягко сопротивляться, если оно направлено не на помощь Украине, а на то, чтобы снять проблему с себя и переложить ее на нас. Например, в прошлом году 22 февраля украинцы проявили субъектность, не приняв подписания тогдашними лидерами оппозиции договора с Януковичем. Так же и сейчас мы не можем слепо повиноваться и идти по пути, который Запад считает правильным, если мы сами считаем иначе.

    Сегодня мы находимся в ситуации, когда нам крайне необходима поддержка Запада. Без этой поддержки Украина не может дальше развиваться.

    Но давление Запада нам очень нужно в тех вопросах, где оно на пользу Украины. Например, важно, чтобы Запад не давал правительству денег без реальных реформ. Потому что если давать деньги, несмотря на достижения, то успешными реформы никогда не будут. Если говорить, что реформы начнутся после войны, тогда эта война будет бесконечной. Те, кто не хочет изменений, сделают все, чтобы она не заканчивалась.

    Вы – соучредитель гражданской платформы «Новая страна». Что удалось сделать в рамках проекта?

    Организация создана на Майдане ради конкретной цели – поиска ответа на вопрос: какую страну хотим построить после Януковича? С февраля до конца апреля 2014-го сотни экспертов совместно работали над разработкой интегрального видения того, какой страна должна быть. После этого мы поставили перед собой достаточно амбициозные цели – помочь развертыванию реформ там, где это возможно.


    Что не удалось сделать?

    Наиболее успешным проектом назвал бы проект прозрачных государственных закупок. Но затормозил проект реформы государственной службы, хотя это является первой реформой, которую необходимо сделать. Думали, что соответствующий законопроект будет принят в начале этого года, но он только в сентябре пойдет на второе чтение. Пока не уверен, что законопроект заработает в пилотном режиме с января следующего года. А это значит, что продолжается политическое квотирование, кумовство и непрозрачные назначения.

    Успех в проведении реформ можно оценить в три процента. С такими темпами все сделаем за 35 лет.

    Что предусматривает реформа госслужбы?

    Открытые конкурсы на все должности. Деполитизация. Наводится порядок в таких непрозрачных вопросах, как карьерный рост госслужащих, увольнение, обучение.

    В марте вы говорили, что «для проведения реформ нужно начать настоящую войну со старой системой». Эта война уже началась?

    Конечно нет. Потому что война – это штаб реформ, стратегия и активные действия по ее выполнению. Штаба как такового нет. Люди, которые сегодня этим занимаются в министерствах и ведомствах, перегружены текущим операциям. Нет людей, которые были бы сконцентрированы на реформах, нет отдельного «штаба реформ». Им не стал секретариат Кабинета Министров. Наоборот, он стал тем местом, где они тормозятся. Успех в проведении реформ можно оценить в три процента. С такими темпами все сделаем за 35 лет.

    Что делать, чтобы реформы не тормозились в правительстве?

    В каждом министерстве нужны люди, которые занимаются только реформами. Нужен вице-премьер, который будет координировать эту работу. Так во всех странах, где делались успешные реформы – от Новой Зеландии до Грузии, от Финляндии до Мексики. Всегда была отдельная команда со стратегией, ресурсами, мотивацией к быстрым изменениям.

    Не секрет, что в некоторых контролирующих органах, понимая, что пришел их последний час, пытаются побольше набрать.

    Нам стоит ориентироваться на зарубежный опыт в реформах?

    Нам необходимо изучать все возможные варианты опыта, но ориентироваться следует на собственные нужды. Реформы состоят из трех вещей – знать, что сделать, как сделать и наконец сделать. У нас нет проблем с пониманием, что и как делать. Проблема – наконец взять и сделать.

    С начала года вступил в силу закон об изменениях в Налоговый кодекс. Что делать с упрощенной системой налогообложения?

    Первое, малый бизнес нельзя рассматривать как источник налогов. Это источник занятости и самозанятости. Лучше, когда человек сам зарабатывает, чем стоит в очереди за социальной помощью.

    Второе, упрощенная система налогообложения должна быть чрезвычайно простой и исключать любое давление на предпринимателей.

    Третье, невозможно квалифицированно говорить о реформе упрощенной системы налогообложения, пока не понимаем, какой будет общая реформа.

    Четвертое, необходимо предотвратить уклонение от уплаты налогов крупным бизнесом, используя упрощенную систему налогообложения, а для этого надо прежде всего реформировать налогообложение труда.

    Вы – вице-президент Украинского союза промышленников и предпринимателей. С какими основными проблемами сегодня сталкиваются владельцы бизнеса?

    Большинство претензий предпринимателей связаны с функционированием налоговой и таможенной системы. Основные требования – развитие конкуренции, снижение уровня монополизации экономики. На таможне – прекращение контрабанды, упрощение таможенного оформления. То же сделать с налогообложением: уменьшение и упрощение дискреции (возможность инспектора действовать по своему усмотрению – Ред.).


    Вести бизнес в стране стало сложнее?

    Конечно, потому что война и экономический кризис. Меньше денег. Развиваться сейчас значительно труднее. Не секрет, что в некоторых контролирующих органах, понимая, что пришел их последний час, пытаются побольше набрать. Бизнес-климат ухудшился. Облегчения, которые есть в сфере дерегуляции, до бизнеса не дошли, ведь значительная их часть еще не заработала. Зато заработали осложнения. Что касается налоговой реформы, как ее называет премьер, то это не реформа, а дополнительная нагрузка в условиях войны. Это можно назвать налоговой мобилизацией.

    У нас в стране все, на что не способно государство, происходит само собой. Есть очень жизнеспособная страна при очень нежизнеспособном государстве. Если не бороться с коррупцией, страна развалится.

    Есть ли политическая воля облегчить жизнь бизнесу?

    У «партии будущего» – есть.

    Одна из самых больших проблем в Украине – это коррупция. Удалось ли нам хотя бы начать эту борьбу?

    Борются только с единичными случаями. Системной борьбы нет. До сих пор никто не сидит. Ничего не будет, пока за решетку не посадят 200-300 коррупционеров высокого ранга.

    Как обществу дать толчок власти, чтобы начались реальные изменения?

    Общество скоро перейдет в состояние, когда будет либо настойчиво требовать реформ, либо начнет жить параллельной жизнью. Если в государстве нет справедливости, то ее будут устанавливать ребята с автоматами. У нас в стране все, на что не способно государство, происходит само собой. Есть очень жизнеспособная страна при очень нежизнеспособном государстве. Если не бороться с коррупцией, страна развалится. Мы не можем существовать при том уровне коррупции, который есть сегодня.

    Что ждет Украину?

    Есть два сценария. Первый – в стране начинается вооруженный хаос. Этого все боятся, потому что тогда страна распадается на какие-то фрагменты, где царят вооруженные группы и каждый устанавливает свои правила игры. Это происходит, когда государство докажет свою полную неспособность управлять страной. Это наихудший сценарий, и мы понемногу туда влезаем. Чтобы этого не было, нужна интеграция общественных и политических сил. Тогда выйдем на другой сценарий, который после лет тяжелого труда можно будет назвать «Южная Корея». Это стремительные реформы при поддержке Запада и выход на передовые позиции по темпам экономического роста, бизнес-климата, получения инвестиций.

    Теги: Верховная Рада Порошенко законопроект реформа БПП Самопомощь
    ТАКЖЕ ЧИТАЙТЕ
    Комментарии
    1000 символов осталось
    ТОП МАТЕРИАЛОВ



      Архив