Владимир Лапа: дать 100% гарантии, что выведенные средства будут возвращены Украине, я не могу

    15 сентября, 2015 10:25
    Владимир Лапа – член команды министра АПК. Как и его шеф, Лапа пришел на госслужбу из бизнеса. Говорим с замминистра о мотивах, побуждающих работать на должности с маленькой зарплатой, мошеннических сделках с валютной выручкой и о том, откуда берутся миллионеры в отрасли

    На должность заместителя министра АПК Владимир Лапа пришел с руководящей должности в ассоциации «Украинский клуб аграрного бизнеса». В биографической справке информации о Лапе немного, а из имеющейся понятно, что с действующим министром у него нет пересечений в прошлом, в отличие от других заместителей, которые имеют отношение либо к группе компаний «Райз», либо к образовательным программам MBA. Вместо этого Лапа ближе к сельскому хозяйству, имеет значительный опыт в аграрном бизнесе.

    На своей должности Лапа уже почти год, и это его первые посевные и жатва государственного масштаба. Выглядит уставшим и озабоченным. Никаких костюмов от Бриони, дорогих часов или других атрибутов статусности. В кабинете – рабочий беспорядок, характерный для человека, который ежедневно проводит мозговые штурмы. На беседы с журналистами времени в обрез.

    Уже известно, что в этом году мы будем с хлебом. Но следует ли ожидать его подорожания?

    На волне повышения цен на продукты переработки зерна – муки, круп (с января по март-апрель) – подорожание хлеба было связано с резкой девальвацией гривны. Зерновая группа тесно привязана к курсу гривны. В первую очередь, из-за стоимости самого зерна. Частично это вызвано тем, что присутствует значительная составляющая импортных компонентов себестоимости – по нашим оценкам 50-60% минимум. С другой стороны, зерно экспортируется, и, в соответствии с динамикой экспортных цен, мы привязаны к валютному курсу.

    Если говорить о динамике цены на хлеб, то уже с мая она существенно замедлилась – менее 1% роста. А сейчас мы видим стабилизацию цен на продукты зерновой группы. Большая заслуга в этом принадлежит Министерству и подчиненным ему предприятиям. В частности, публичное акционерное общество «Аграрный фонд» активно осуществляло интервенцию мукой, особенно в феврале – марте. Фактически с марта по май оптовые цены на муку снизились с 8 грн/кг (а цены тогда были повышены в определенной степени спекулятивно) до 5 грн/кг, что позволило стабилизировать динамику цен на хлеб.

    Относительно стабильные цены будут оставаться до октября – ноября, когда дополнительно на рынок будет поступать сахар из свеклы нового урожая. Но потом пойдет сезонная динамика роста цен, поскольку и себестоимость нового сахара будет выше и перенасыщенность рынка несколько уменьшится.

    Весной цены на продовольственную пшеницу составляли 4 500 – 4 700 грн за тонну. Сейчас они равны 2 700 – 3 000 грн за тонну. То есть разница цен между прошлым и нынешним урожаем – примерно 20-30% минимум. Соответственно, сейчас это дает возможность перерабатывать пшеницу, получать дешевле муку и выдерживать динамику цен. Мы не ожидаем снижения цен на хлеб, поскольку определенный потенциал повышения, который был сформирован в начале календарного года, в силу достаточно сильного государственного регулирования не был реализован. Но с другой стороны, снижение цен на пшеницу дает возможность говорить о стабильности цен на хлеб как минимум до конца календарного года.

    А будут дорожать сахар, гречка, крупы?

    По сахару ситуация неоднозначна. С одной стороны, у нас в прошлом году был самый высокий за последние 3-4 года урожай сахарной свеклы. Было произведено почти 2 млн 100 тыс. тонн сахара. Это в 1,7 раза больше, чем в предыдущем году. При том, что потребность в сахаре по нашим оценкам несколько снизилась. Возможно, сейчас даже меньше. Поэтому фактически с урожая 2014 года у нас есть избыток сахара около 500 тыс. тонн.

    С другой стороны, с учетом того, что цены на сахар были исторически низкими в последние 2-3 сезона из-за перепроизводства, посевные площади сахарной свеклы уменьшились. В этом году будет произведено 1,2-1,3 млн тонн сахара – это несколько меньше, чем прошлогоднее потребление.

    Мы видим, что за счет тех переходных остатков сахара предыдущего года мы имеем возможность закрыть внутренний баланс. Другое дело, что цены все равно повысились. Если сравнить: в 2014-м оптовая цена на сахар была 7-8 грн за кг, сейчас – 10-11 грн за кг. В некоторых случаях за 11 грн/кг можно купить в магазинах.

    Мы ожидаем, что относительно стабильные цены будут оставаться до октября – ноября, когда дополнительно на рынок будет поступать сахар из свеклы нового урожая. Но потом пойдет сезонная динамика роста цен, поскольку и себестоимость нового сахара будет выше и перенасыщенность рынка несколько уменьшится. Однако мы имеем в Аграрном фонде 139 тыс. тонн сахара.

    Один представитель ритейла сообщил нашему изданию, что на рынке Украины 95% общего объема моркови – импорт. Похожая ситуация с остальными овощами. Это вызвало немалое удивление. Что же произошло с традиционными украинскими овощами, если их уже начали импортировать?

    Это неправда. Возможно, в каком-то конкретном магазине действительно большая часть – импорт. Скажу по рынку картофеля. Во-первых, согласно официальной статистике, Украина в последние годы производит 20-23 млн тонн картофеля, в зависимости от года. Во-вторых, 97% производства – от населения. То есть доля товарного сектора достаточно низкая. В-третьих, это обуславливает несовершенные условия хранения. В-четвертых, определенные объемы ранней продукции действительно завозятся в Украину, но они небольшие.

    Например, годовой импорт картофеля (в предыдущие годы около 16-17 тысяч тонн) – это даже не 1, а 0,1 процента от объема внутреннего производства. Но лежат на полке магазина эти 10 кг египетского картофеля... Все его видят и думают, что Украина зависима от импорта.

    Другая проблема – стоимость самих денег. Делать капитальные инвестиции, имея ставки 15-19% в валюте и 27-33% в гривне, может только не совсем адекватный бизнес.

    Кому выгодно импортировать эту египетскую картошку, и кто ее покупает?

    Те, кто хочет покупать вымытый, красивый и ранний картофель весной (а украинского ранней весной в принципе не может быть). Они покупают, переплачивают в 1,5 раза. Я проблемы здесь абсолютно никакой не вижу.

    Вы упомянули о проблемах с хранением. Но их несложно устранить – построить овощехранилища с современным вентиляционным и охлаждающим оборудованием.

    Есть две проблемы. Первая – найти деньги. Стоимость помещения для хранения, с вентиляционным оборудованием, современного европейского уровня – примерно 1 доллар в пересчете на 1 кг хранения. Возможно сейчас, после девальвации, несколько меньше. Но цифры все равно немаленькие.

    Если 20 грн стоит хранение, то какой же должна быть маржа хранителя для того, чтобы за 5-7 лет окупить мощности по хранению?! Даже несмотря на высокую инвестиционную потребность в возведении таких мощностей, процесс строительства остановился или существенно замедлился 2-3 года назад. Если вынести за скобки этот год и предыдущий, когда цены росли, то можно вспомнить, что 2 года назад цены падали. И случалось так, что человек инвестировал средства в мощности по хранению, платил производителям за продукцию, сохранял эту продукцию, однако не только не получал прибыль и не возмещал затраты на строительство мощностей, но и нес убытки от хранения.

    И конечно, при таких условиях рассчитывать на инвестиционный бум в этом сегменте сложно. Сейчас мы видим нормальную сезонную динамику по повышению цен. Это восстанавливает стимулы для строительства мощностей по хранению. Но мешает другая проблема – стоимость самих денег. Делать капитальные инвестиции, имея ставки 15-19% в валюте и 27-33% в гривне, может только не совсем адекватный бизнес. Тот, кто имеет возможность за счет собственных оборотных средств это делать, тот делает, но таких на самом деле немного. Кризис сильно ударил по экономике и по аграрному сектору.

    А на чем сейчас в АПК можно заработать миллион долларов?

    На конопле (улыбается).

    Капитализация 15-ти публичных украинских компаний, акции которых торгуются на мировых биржах, в августе 2015 года снизилась, по сравнению с августом 2014 года, на 32%.

    Вот вроде кризис ударил, а 19 представителей «золотой сотни» из рейтинга Форбс заработали даже не по одному, а по несколько десятков миллионов долларов в АПК...

    Надо говорить не о количестве этих людей, а об их капитализации. Если взять все аграрные компании, то их капитализация еще 2-3 года назад была меньше, чем капитализация одной металлургической компании. И это говорит не столько о количестве людей в рейтинге, как о том, что консолидация в этом секторе не так сильна, как в других отраслях, где есть монополизация.

    Если проранжировать общую капитализацию компаний по суммам, а не по количеству людей, в рейтинге увидим, какие сектора были впереди: металлургия, химия, другие отрасли. Не АПК. Но сейчас, учитывая ситуацию на Востоке, где многие предприятия химической отрасли вообще остановлены, значительное количество предприятий металлургии еле работают в жестких условиях, и вообще львиная доля угольной отрасли осталась на неподконтрольной территории, то АПК будет выглядеть относительно привлекательнее. Но это не за счет АПК, а за счет того, что другие отрасли от кризиса пострадали больше.

    На чем заработали? Был период 2005 – 2008 годов, когда очень выросли цены на продовольствие, и на этом фоне большое количество весомых и влиятельных людей начали инвестировать в аграрный сектор. Некоторые – в диверсификацию бизнеса, некоторые – в основной бизнес. Кроме того, в отрасли было приковано значительное внимание международных инвесторов. Тогда происходили постоянные спекуляции на теме нехватки продовольствия в мире. Возник интерес, пошли инвестиции внутренние и внешние. Высокие цены на продовольствие давали возможность получать прибыль. Собственно, основа капитализации компаний закладывалась тогда.

    Если мы посмотрим на смену капитализации компаний за последний год, то увидим, что она отрицательная. Капитализация 15-ти публичных украинских компаний, акции которых торгуются на мировых биржах, в августе 2015 года снизилась по сравнению с августом 2014 года, на 32%. Этот относительный рейтинг Форбс свидетельствует не о том, что отрасль динамично зарабатывает деньги и развивает капитализацию, а о том, что другие отрасли попали под более жесткий удар, чем АПК.

    С капитализацией понятно. Но 100 млн долларов на чем? Даже если этот человек не сеет, не пашет, не выращивает моркови, а экспортирует египетскую картошку...

    Нет, на египетской картошке столько не заработаешь. Мы говорили о компаниях с наибольшей капитализацией, но это – компании, которые обрабатывают от 200 до 600 тыс. гектаров. Можете себе представить масштабы бизнеса? 600 га – это почти область. То есть это очень большой масштабный бизнес. Второе – это доходы от бизнеса за предыдущие годы. Третье – это правильно выбранная бизнес-стратегия: вовремя профинансированная логистика, добавленная стоимость в части переработки продукции, или в части экспорта.

    Собственный контроль – собственный интерес. Нет делегирования полномочий – нет возможности злоупотреблять этим делегированием.

    Однако зарабатывает много не тот, кто занимается элементарным производством сельхозпродукции. Есть такой термин «цепочка стоимости». У компаний с наибольшей капитализацией как раз замкнутый вертикальный цикл: производство, логистика, переработка и в большинстве случаев – экспорт. То есть, это доходы от всей продуктовой цепочки. Это одна модель. Есть и другая. Если брать расчеты доходов на гектар, то видим, что многие средние в украинском понимании предприятия (от 5 до 15 тыс. гектаров) получают больше прибыли на гектар, чем крупные аграрные компании. Крупные компании могут масштабировать бизнес, прибыль, но при этом частично теряется контроль.

    Когда-то я общался с руководителем одного хозяйства во время кризиса в 2009 году. Он построил молочно-товарных ферм на 500 голов. Чтобы вы понимали, это при 10 тыс. долларов инвестиций на каждый гектар он зарабатывал 5 млн долл. Ситуация тогда была очень непростая: кредитные ставки – 35% годовых, молочный бизнес ориентирован на внутренний рынок, валютные кредиты почти никто не давал – в основном гривневые. Я спросил его, как он привлекал кредиты, как собирался окупать затраты при таких ставках. И услышал в ответ следующее: «Я не настолько богат, чтобы брать кредиты. Я свои средства вкладываю». Тогда я спросил: если он такой успешный, что на небольшой площади в 5-7 тыс. га зарабатывает 5 млн долл., чтобы за свои средства построить ферму, то почему не берет еще и еще по 5 тыс. га земли для того, чтобы зарабатывать не 5 млн, а 10-15? Был ответ, характеризующий особую типологию руководителей, местных хозяйственников: «Я беру земли столько, сколько могу за день объехать на машине».

    Собственный контроль – собственный интерес. Нет делегирования полномочий – нет возможности злоупотреблять этим делегированием. И эта бизнес-модель часто дает в стране даже лучшие результаты, чем та, о которой мы говорили ранее. Эти люди просто себе скромно на местном уровне зарабатывают деньги и ни в какие рейтинги не лезут. Но даже в пересчете на единицу чего-либо они более успешны.

    В прессе много писали о государственном зернотрейдере – предприятии ГПЗКУ, которое на контрактах с оффшорными компаниями вывело из Украины огромные суммы долларовой выручки от продажи зерна в Китай.

    Да, речь идет о 132 миллионах долларов.

    Есть ли шансы вернуть эти деньги? Что для этого делается?

    Первое, что было сделано: материалы переданы в правоохранительные органы, возбуждены уголовные дела. У нас есть все реквизиты и номера этих уголовных дел, все, что касается менеджмента корпорации. Мы предоставляем максимальное содействие правоохранительным органам для того, чтобы дела были доведены до логического завершения и виновные понесли наказание.

    Также ведутся судебные тяжбы с покупателем этого зерна. Выглядит так, и видимо так оно и есть, что это была специальная преступная схема для того, чтобы вывести деньги из Украины. Наш приоритет – привлечь виновных к ответственности. Люди, которые наносят столь значительный ущерб государству, должны быть наказаны. Параллельно ведутся судебные процессы. Но надо понимать, что имеем дело с офшорной юрисдикцией, и это будет продолжаться значительное время. К сожалению, дать 100% гарантии, что выведенные средства будут возвращены Украине, я пока не могу.

    А пока идет следствие, деятельность компании приостановлена, или она продолжает работать?

    Она продолжает действовать, но в связи с невозвратом выручки работает с большими осложнениями. Невозврат выручки влечет за собой начисление санкций Государственной фискальной службой. Были даже предложения со стороны ДФС ввести санкции в отношении внешнеэкономической деятельности и даже остановить ее или перевести на индивидуальное лицензирование внешнеэкономической деятельности. У нас идут непростые дискуссии по этому поводу с ДФС и Минэкономразвития. Именно он по предложению ДФС принимает окончательное решение по применению внешнеэкономических санкций. То есть это не остановило работу компании, но существенно ее затрудняет.

    Когда речь идет об управлении стратегическими компаниями, необходимо сделать все для того, чтобы там был лучший менеджмент, который действительно соответствует интересам государства.

    Если компания продолжает работу, будет ли это означать, что с китайской стороны могут поступать деньги за поставленное зерно? Что будет с этими деньгами?

    Мы работаем за счет кредитных средств, которые уже предоставлены китайской стороной в размере 1,5 млрд долларов. То есть, средства не поступают. Мы берем часть кредита, закупаем зерно, продаем китайской корпорации, восстанавливаем объемы средств на счетах компании.

    Есть ли гарантия, что сейчас не будут действовать те же схемы вывода средств?

    С нашей стороны мы делаем все для того, чтобы этого не повторилось. Новый менеджмент понимает, знает и предупрежден, что никто никого не будет покрывать. Как Министерство мы способны влиять через кадровый менеджмент, через предложение по назначению руководителя компании, через наблюдательный совет – эти инструменты задействованы. У нас проходят прозрачные публичные конкурсы. Всю информацию вы можете найти на сайте Министерства. Мы информируем о фактах проведения или завершения конкурсов, открываем всю информацию о кандидатах еще до проведения конкурса. В плане открытости и прозрачности назначения руководителей компаний мы даже перевыполняем все требования. Это наша принципиальная позиция. Когда речь идет об управлении такими стратегическими компаниями, необходимо сделать все для того, чтобы там был лучший менеджмент, который действительно соответствует интересам государства.

    Однако ходят слухи, что на кадровую политику в Министерстве имеют большое влияние депутат от «Самопомощи» Иван Мирошниченко и советник министра Александр Лиев...

    Мы сотрудничаем с фракцией «Самопомощь» в ВР, от которой собственно и выдвинут наш министр. Я не могу сказать, что в рамках этого сотрудничества приоритет отдается тому или иному депутату. Есть такое понимание, как депутатский контроль на осуществление деятельности, в том числе, органов исполнительной власти. Каждую неделю получаем с десяток депутатских запросов. В рамках нашей деятельности и этих запросов любую информацию, интересующую народных избранников, мы предоставляем.

    Поэтому я бы не выделял конкретные фамилии в широком смысле коммуникации с депутатами и «Самопомощью» в частности. Тем более, какая бы фракция номинально не выдвинула кандидата, все равно есть коалиция и надо соответствовать тем требованиям, которые предъявлены коалиции и депутатскому сообществу в целом. Что касается Александра Лиева, он не единственный советник Министра.

    Но именно его называют «серым кардиналом» министерства.

    Александр Лиев – штатный советник Алексея Павленко, который состоит на государственной службе. Эта должность предполагает прохождение спецпроверки, а также проверки согласно Закону о люстрации. Кроме того, он проходил проверку на получение доступа к государственной тайне. Сам статус советника предполагает определенный уровень коммуникации с министром. Думаю, он выбирает людей, которые имеют соответствующие профессиональные способности. Что касается влияния на конкурсы, то Лиев не является членом конкурсной комиссии. Мы комплектуем состав конкурсной комиссии независимыми специалистами, чтобы не было субъективной точки зрения чиновника.

    Я знаю примеры, когда и профессиональные способности, и морально-этические качества человека позволяют ему работать на должности и дальше, но по формальным критериям так называемого люстрационного закона он увольняется.

    Лиев состоял в тесной связи с Партией регионов и даже был советником Януковича в Крыму. Как это сочетается с курсом на обновление и очищение власти?

    Касательно советника Януковича – интересная информация. Я никогда об этом не слышал и сильно сомневаюсь в ее достоверности. Я бы не хотел комментировать какие-то отдельные персоналии. Речь идет о формировании аграрной политики. Если есть вопросы к позиции или публичным выступлениям того или иного человека, мы можем об этом говорить или комментировать. Я – новый человек в системе органов государственной власти. У меня действительно скептическое отношение к принципам работы министерства в предыдущий период, который обозначился влиянием коррупционных явлений. Их не так просто искоренять, даже пребывая на должности.

    Но мне известны примеры, когда и профессиональные способности, и морально-этические качества человека позволяют ему работать на должности и дальше, но по формальным критериям так называемого люстрационного закона он увольняется. Вопрос больше о том, насколько человек соответствует требованиям, насколько он готов исповедовать новые принципы работы, поддерживать и усиливать их. Если такие критерии есть, с учетом всех особенностей нынешнего времени, то я думаю, стоит привлекать таких людей.

    Можно выкурить институциональную коррупционную память, но то, что касается эффективности работы, должно остаться. Поэтому, вынося за скобки конкретные фамилии, могу сказать, что на уровне Министерства не осталось ни одного заместителя министра из предыдущей власти и более 90% руководителей департаментов заменены. Немного министерств могут похвастаться столь радикальными кадровыми изменениями. Это для нас принципиальный момент. Нужны новые лица, новое качество, новые принципы, которые не унаследовали коррупцию и не были ранее неотъемлемой частью правления государственного аппарата.

    Но такие маленькие зарплаты, как в Министерстве, – разве они могут способствовать борьбе с коррупцией? Не станет ли это тяжелым испытанием на устойчивость?

    Вопрос абсолютно объективный. Да, каждый делает свой выбор, свои выводы. Я бы разделил вопрос на две составляющие. Первая – руководящий состав. Руководители – это люди, которые уже имеют определенную историю, имя. Они заботятся о своем имени и пытаются его сохранить. Для них работа в министерстве, в частности, если говорить и о моей мотивации, – это попытка что-то полезное сделать для экономики, общества и приумножить свой собственный потенциал. Тот статус, который у нас есть, сам по себе – ценность. В это стоит вкладывать, ради этого стоит работать.

    Кроме того, большинство людей, которые к нам приходят, были достаточно успешны в прошлом и имеют определенный финансовый ресурс, если, в частности, говорить о моем конкретном случае. Проблема зарплат есть, и она касается, прежде всего, людей более низкого должностного уровня. Поскольку это не тот случай, когда ты придешь за статусом, но и не тот случай, когда придешь за зарплатой.

    Мое отношение: однозначно надо поднимать уровень зарплаты. Иначе тяжело требовать от людей эффективной работы. Можно применять коммуникации, принуждение, аргументы – что угодно, но материальное вознаграждение тоже важно. В процессе формирования бюджета на следующий год мы поднимали этот вопрос перед Министерством финансов. К сожалению, пока он не воспринимается.

    Теги: Минагрополитики импорт экспорт Самопомощь Партия регионов сельхозпродукция АПК Алексей Павленко Александр Лиев Иван Мирошниченко
    ТАКЖЕ ЧИТАЙТЕ
    Комментарии
    1000 символов осталось
    ТОП МАТЕРИАЛОВ



      Архив