Вера Савченко: Россия надеется, что Надежда попросит о помиловании. Этого никогда не будет!

    19 октября, 2015 18:58
    Сестре незаконно удерживаемой в России летчицы и народного депутата Надежды Савченко – Вере Савченко 13 октября запретили въезд на территорию РФ до 2020 года. Однако 19 октября запрет был снят. Перед тем Вера 6 дней провела в суде города Донецк Ростовской области, где готовилась дать показания по делу Надежды
    Вера Савченко
    Вера Савченко

    Первые дни заседаний 2-этажное здание суда взяла в кольцо «черная сотня» Казачьего войска. Многие из казаков и службистов ФСБ сидели также в небольшом зале суда. Причина банальна: чем больше там «своих», тем меньше свободного места для прессы.

    За 6 дней в зал Веру Савченко так и не вызвали. Судьи долго заслушивали свидетелей обвинения. Среди них нарисовалось немало колоритных персонажей. Один из них – сотрудник ФСБ – давал показания из города Ростов в режиме видеоконференции, будучи в гриме, парике и черных очках.

    Вечером 13 октября Вера Савченко вернулась в Украину. При пересечении границы Вере сообщили, что ей на 5 лет запрещен въезд на территорию РФ, поскольку ее фамилия – в черном списке ФСБ.

    Об особенностях судебного процесса по делу Надежды Савченко UA1 разговаривает с сестрой украинской летчицы Верой Савченко.

    Единственному свидетелю защиты по делу Надежды Савченко запретили въезд в Россию. Как такое могло произойти?

    Меня часто спрашивают: почему я – единственный свидетель защиты по делу Савченко? На самом деле таких свидетелей есть сотни. Прежде всего, это побратимы Надежды, которые готовы свидетельствовать, где скажут. Но в России эти люди сразу же окажутся в соседней с Надиной камере. И Украина просто пополнит список политзаключенных – таких, как Савченко, Карпюк, Клих, Сенцов и другие, кого бросили за решетку в РФ.

    С Надеждой в плену долго общался «глава» так называемой ЛНР Плотницкий. Он пообещал, что обменяет ее на своих пленных.

    О желании свидетельствовать в этом деле заявил переговорщик Владимир Рубан. Но решение по нему зависит только от «доброй воли» России. О желании российских судей заслушать Рубана я не слышала. В то же время обвинение пригласило множество своих свидетелей. Их всех долго выслушивали, а потом начали зачитывать тысячи страниц дела. Это может продолжаться до бесконечности, пока Россия не выторгует для себя какое-то политическое решение по этому делу. Раньше я думала, что такое бывает только в детективах.

    Вы говорите о свидетелях, которые не могут приехать в РФ. Кто эти люди?

    Это бойцы батальона «Айдар», а также ВСУ, которые вместе с Надеждой участвовали в этом бою. Также люди, которые потом сидели с ней в подвале сепаратистов. Утром 17 июня 2014 года эти ребята взяли мою машину, чтобы забрать раненых, но сбились с курса и попали в плен. С Надеждой в плену долго общался «глава» так называемой ЛНР Плотницкий. Он пообещал, что обменяет ее на своих пленных.

    Сестра попросила: «А можно еще автомобиль забрать. Это машина моей сестры, семья долго копила на нее деньги». Плотницкий пообещал: «Хорошо, я посмотрю, что можно сделать. Автомобиль тоже заберешь». Но впоследствии заявил: «Машина поехала в Донецк».

    У меня был «Лифан 320» – китаец, содранный с мини-Купера, у него даже собственного названия нет. Таких по Киеву ездило много. Сейчас исчезли, потому что они достаточно некачественные. На нем не повоюешь. Я надеюсь, эта машина им станет где-то там гробом. Я убеждена, что теперь эта тварь (Плотницкий – Ред.) Будет лгать в суде, что такого автомобиля вообще не было. А документы и карта, которые они отжали из багажника моего авто, вроде бы нашли при Наде, когда она пересекала границу!

    Наши с сестрой рюкзаки лежали в багажнике автомобиля. Мы уже собирались ехать на Киев. У Нади заканчивался отпуск. Ей надо было возвращаться в воинскую часть – под Львов в Броды. Я приехала туда, чтобы забрать ее, и здесь завязался этот бой.

    На ю-тюбе гуляло видео, на котором видно, как Плотницкий копается в наших с Надей вещах. Видно, как он роется в ее камуфляжном рюкзаке. Толковый был такой рюкзак, большой, купленный через интернет. В нем лежали все ее вещи, карта, личные документы: военный билет, удостоверение участника боевых действий, паспорт. Надя пошла в бой налегке – только разгрузка и автомат. Теперь сепаратисты и прокуратура гнут линию: мол, она шла с картой, так корректировала огонь. Вы видели человека, который идет в разведку с паспортом?

    Я хоть сейчас готова ответить на все вопросы, которые будут интересовать прокуроров. Но тогда их шитое белыми нитками дело окончательно развалится. Россия боится этого цирка.

    Надя в своей книге пишет о том, что когда ее брали в плен, то с нее снимали берцы. Потому что какая-то девушка-малолетка – из тех, что позируют на фронтовых фото с автоматом – захотела такие. Эти берцы сестре выдали еще в Ираке, там украинский миротворческий контингент был на американском обеспечении. В плену их с нее стягивали, ну – не смогли стянуть. Там шнурки армированные.

    А так они размародерили все, что смогли. Тряпичную сумку синего цвета, которую мама мне пошила для документов, мы нашли впоследствии в окопах у Стукаловой Балки. Сепаратисты складывали в нее патроны. В ходе наступления мы тогда отбросили их до «Металлиста». Могли дойти до Луганска, если бы Киев не сказал, что у нас перемирие. Я увидела свою сумку в их окопе. Впервые увидела, каким современным оружием – исключительно российского производства – они воюют. Впервые увидела трассирующие пули.

    Когда именно Надежда попала в плен?

    Я точно знаю, что ее взяли в плен между 10 и 10.30 утра. Именно тогда я услышала громкий взрыв, после которого у меня с Надеждой пропала связь. Я подумала, что на 90% наши люди погибли, и Надя, видимо, тоже. Сделанная сепаратистами видеозапись показала, что в момент «корректировки огня» Савченко уже находилась в плену. Чтобы «доказать» в суде, что съемка якобы происходила не в 10, а в 12 часов, они просто вручную изменили цифры в видеофайле.

    А можно сделать экспертизу этого видео?

    Мы сделали цифровую экспертизу этой видеозаписи. Специалисты смеются: они грубо, тупо вручную на файле просто изменили дату. Но в компьютере файл – вшит, там цифры не изменишь. Их видеосъемка, которую делал Егор Русский («глава» райадминистрации Лутугино в «ЛНР» – Ред.), зафиксировала также и мой автомобиль. Русского сейчас в суде допрашивают, и он там врет. Не хочу даже употреблять слово «обманывает».

    Я хоть сейчас готова ответить на все вопросы, которые будут интересовать прокуроров. Но тогда их шитое белыми нитками дело окончательно развалится. Россия боится этого цирка. Ведь в зале суда сидят международные наблюдатели из Великобритании, США, Австрии, Голландии, Германии, Словакии. Поэтому я и стала персоной нон-грата.

    Кстати, как они объяснили вам запрет въезда?

    Пограничники заявили: «Вера Викторовна, до 01.09.2020 года въезд на территорию России Вам запрещен». Мы были в машине украинского консула Александра Ковтуна. Вышли из авто. Я сообщила пограничникам, что в настоящий момент являюсь единственным свидетелем по делу Надежды Савченко. И что это я нужна России, а не Россия – мне, а мне нужна только моя сестра. Но мне ответили: «Мы ничего не можем сделать, вы – в базе ФСБ».

    Адвокаты сразу подали прошение о так называемом «коридоре для свидетеля». Даже если свидетель является персоной нон-грата, он все равно имеет право свидетельствовать в суде.

    Адвокат Марк Фейгин, говоря о решении касательно Вас употребил словосочетание «террористическая угроза». О чем это он?

    А меня уже один раз депортировали из России из аэропорта «Домодедово» – в 2014 году. Тогда мне выдали на руки бумажку со ссылкой на какую-то статью уголовного кодекса РФ о «террористической угрозе».

    Как вы вели себя во время своей последней поездки в РФ? Делали резкие заявления в прессе? Критиковали Кремль?

    Ничего противозаконного я там не делала. Я не делала ничего такого, чего бы не делала моя мать. С российскими журналистами общалась мало. О кремлевских политиках высказывалась нейтрально. Утверждала, что Надя не виновата, и тому есть все доказательства. Заметьте, на моей странице в Facebook нет призывов: «Бей кацапов, спасай Украину». В отличие от российских газет, которые выходят с заголовками «Бей хохлов, спасай Россию».

    Надежда очень радуется, когда видит людей из Украины. Она буквально меняется в лице, светится изнутри. Психологически ей там тяжело. Она там в зазеркалье, словно замурована заживо.

    Я выложила там фото, которые сделала в книжном магазине даже не в Москве, а в Ростове. Я спросила продавца, есть ли у них книги об Украине? Да, ответили мне, есть: «Конец проекта Украина», «Майдан капут», «Как победить Америку». Одно название меня просто-таки убило: «Русь противостоит европейскому иго». Представляете, где «иго», а где – Европа? Весь этот сюр был датирован 2 015 годом. А некоторые книги, как, например, «Америка против России на Майдане», даже вышли при содействии администрации президента. Книги на роскошной бумаге, здоровенные, хорошо иллюстрированные.

    Так работают российские спецслужбы. А мы сидим у реки и ждем, пока мимо проплывет труп врага.

    С сестрой свидания вам разрешили?

    Свое право на свидания я уже использовала. Мы только несколько раз очень коротко виделись с Надеждой в коридоре во время перерывов. Времени хватало только, чтобы крикнуть: «Надя, привет!» – даже не «Слава Украине!». Сестра просила забрать домой некоторые ее личные вещи. Для нее было важно, чтобы я обязательно увезла в Украину бумажные игрушки в стиле оригами, изготовлением которых она увлеклась в СИЗО. Она собственными руками сделала настоящий кукольный театр по мотивам книги «Чиполлино» – в стиле Майдана, что вызвало возмущение в российской прессе. В «Чиполлино» речь шла тоже о восстании против олигархов, которые зажрались. Это такая книга – пророческая для тех, кто забывает о людях, которые привели их к власти.

    Тюремщики долго отказывались отдавать мне этот кукольный театр. Лишь потом адвокат сообщил, что его разрешили забрать.

    Надя – спартанец. Она сказала, что ей ничего не нужно – только теплые носки. Но в России значительно холоднее, чем у нас. Надины надзиратели, которые видели, как она мерзнет в автозаке, попросили меня купить ей зимнюю одежду. Я купила теплую куртку, штаны и термобелье, а обувь у Нади осталась еще с прошлой зимы.

    Говорят, она делала свои оригами даже в зале суда, когда процесс становился скучным. Чем она занимается в камере?

    Много читает книг и журналов. Журналы преимущественно о путешествиях. Все – на русском языке, украинские издания там запрещены. У нее есть телевизор – 24 часа российской пропаганды. Видно, как она этим психологически истощена, потому что в зомбоящике только ленивый не говорит что-то плохое об Украине. Когда Надя голодала, она спасалась, просматривая кулинарные передачи. Даже рецепты записывала, делала какие-то коллажи с изображением продуктов или напитков, например, кофе. Один такой коллаж она попросила передать подругам, с которыми вместе воевала. С их любимым кофе.

    В Верховной Раде у Надежды есть три помощника. Для меня это очень важно: чтобы там появился ее кабинет с табличкой «Народный депутат Украины Надежда Савченко». Чтобы у нее были свои помощники. Чтобы в парламенте понимали, что Надежда Савченко – реальное лицо.

    Ее помощники: Олег Мезенцев – участник АТО, Сергей Каляка – эксперт-международник, работавший в ООН, и добрая Надина подруга – Татьяна Сапсай. В суд на этот раз ездили также Олег и Татьяна. Также приехал Надин хороший друг, которого мы в шутку называем «кузеном» – когда необходимо, чтобы его пустили в зал суда. Надежда очень радуется, когда видит людей из Украины. Она буквально меняется в лице, светится изнутри. Психологически ей там тяжело. Она там в зазеркалье, словно замурована заживо.

    Один из свидетелей заявил: «Никого там не было». Надя задала уточняющий вопрос – он сорвался и крикнул: «Да там половина моего взвода полегла!».

    Олег и Татьяна имели право находиться в зале заседаний. Они заметили, что на суде свидетели обвинения лгали «не в одну дудку». Обвинение рассказывает, что во время артобстрела погибли двое журналистов, а третьего ранили. Но это – война, а на войне стреляют. Однако судьи даже не вспоминают, что кроме двух журналистов там погибло 25 их военных.

    У нас есть имена десяти из них, даты рождения, паспортные данные.

    В ходе видеодопроса одного из свидетелей спросили: «А сколько там было людей?». Плохо подготовленный простофиля честно отвечает: «Ну, где-то 25». Прокуроры хватаются за голову: «Боже, он не то говорит!». Вдруг видеосвязь со свидетелем прерывается. Через мгновение снова восстанавливается, но свидетель уже отвечает другое: «Ну, я забыл, не помню. Я там протокол подписал – в нем все есть». А в протоколе только погибшие журналисты.

    Другой свидетель заявил: «Никого там не было». После того, как Надя задала ему уточняющий вопрос, он сорвался и крикнул: «Да там половина моего взвода полегла!». Таких несовпадений в деле очень много, и прокуроры никак не могут свести их вместе.

    Адвокат Илья Новиков заявил, что запрет вам въезда в РФ даже пойдет на пользу защиты. Что он имел в виду?

    Все адвокаты – люди прагматичные, а иногда немного циничные. В этой ситуации мир, который внимательно наблюдает за делом Надежды Савченко, только лишний раз убедился: в РФ нет суда. То, что единственному свидетелю защиты запретили въезд – это скандал. А Россия сейчас по делу Савченко боится скандалов. Поэтому неудивительно, что они изменили свое решение.

    В следственном комитете РФ заявили, что Савченко могут отдать отбывать наказание в Украине. Но для этого она должна признать себя виновной.

    Надя никогда на это не пойдет. Если РФ согласится обменять ее на пленных – пожалуйста! А если они надеются, что она попросит о помиловании – этого никогда не будет! Будем ждать приговора. Когда Кремль что-то выторгует за Надежду у мирового сообщества, вот тогда только суд примет решение. В России нет судебной системы. Суд там только формализует решения Кремля.

    Теги: АТО Россия ЛНР фсб Айдар Марк Фейгин Кремль Надежда Савченко Вера Савченко Плотницкий персона нон грата рубан
    ТАКЖЕ ЧИТАЙТЕ
    Комментарии
    1000 символов осталось
    ТОП МАТЕРИАЛОВ



      Архив