Новый закон о трансплантации: разберут ли украинцев на органы

    5 июня, 2018 10:28
    Вокруг нового закона о пересадке органов ходит невероятное количество слухов и домыслов. Что из них правда, а что миф – разбирался UA1

    «В парламенте здравый смысл, наконец, победил популизм. И теперь каждый, кто нуждается в пересадке органов, сможет получить необходимую операцию под контролем государства и за счет государства, и получить шанс на вторую жизнь», – так прокомментировала принятие нового закона о трансплантации его инициатор и соавтор нардеп Ольга Богомолец.

    Предполагается, что к 1 октября этого года создадут Единую государственную информационную систему доноров и нуждающихся в пересадке органов. К этому сроку национальное движение «За трансплантацию» планирует максимально наполнить свой реестр нуждающихся в операции и передать его Минздраву. А с 1 января 2019 года начнут действовать новые правила пересадки органов.

    В связи с этим в прессе, в комментариях публичных персон и на уровне обывательских разговоров муссируются различные слухи – от «разберут на органы» и «продадут по частям в Европу» до вполне обоснованных замечаний специалистов о недоработках принятого закона.

    Во многом слухи подогревают народные депутаты, которые, как это принято во всех парламентских фракциях, не потрудились прочитать текст закона, а руководствуются лишь линией партии – что и как комментировать.

    Юристы же сейчас внимательно изучают текст и отмечают его слабые места, которые могут представлять потенциальную опасность для участников процесса трансплантации.

    «За» и «против»

    Ежегодно из 5 тысяч нуждающихся в трансплантации украинцев около 3,4 тысячи умирают, не дождавшись донора. Но даже те, кто имеют шанс получить донорский орган, не всегда могут успеть сделать операцию – ежегодно в Украине делают лишь 130 трансплантаций.

    Остальным, если повезет, государство оплачивает операции в других странах. За период с 2013 по 2015 год на это выделили 2,43 млн долларов и 612,2 тыс.евро .

    По данным Богомолец, такой суммы хватило на оплату 37 пересадок органов. В Украине, по ее же словам, на эти деньги можно было сделать 6861 операцию. Всего же за последние 10 лет страна перечислила заграницу два миллиарда гривен на оплату операций по трансплантации.

    С началом действия нового закона эти деньги будут оставаться в Украине, поскольку документ предусматривает проведение трансплантаций внутри страны за бюджетные средства и обеспечивает все необходимые для этого юридические условия.

    Законодательно закреплено, что нуждающимся в трансплантации такую операцию будут делать бесплатно. Точно так же бесплатно достанется орган для пересадки, если речь идет об умершем доноре.

    Если донор жив (например, пожертвовал почку), формально пациент не должен за это платить, но юридически закреплено, что донор и реципиент могут в частном порядке договариваться о компенсации за полученный орган.

    Также благодаря созданию Единой государственной информационной системы трансплантации поиск донора и реципиента значительно ускоряется, что увеличивает шансы выжить для нуждающихся в пересадке. Система автоматически будет определять совместимого донора и реципиента и осуществлять распределение анатомического материала.

    У противников закона свои доводы: нельзя упрощать правила трансплантации в стране, где идет война и есть тысячи пропавших без вести – всех начнут резать на органы.

    Также есть мнение, что в условиях нынешнего нелегкого социально-экономического положения украинцы начнут распродавать почки, чтобы рассчитаться за коммунальные услуги.

    Более того, Минздрав обвиняют в целенаправленной политике по организации массовой продажи органов украинцев в страны Европы, чтобы зарабатывать на этом сотни миллионов долларов.

    UA1 проанализировал наиболее расхожие утверждения о пересадке органов. Любое из них легко можно опровергнуть всего лишь внимательно прочитав текст закона.

    Мифы трансплантации

    Всех умерших и погибших по умолчанию разберут на органы.

    На самом деле, на законодательном уровне вводится так называемая презумпция несогласия. Это означает, что после смерти медики не имеют права изымать органы умершего без согласия его ближайших родственников.

    Но каждый еще при жизни может дать такое согласие, которое фиксируется в электронной Единой системе. Это избавит родственников от неприятных разговоров с медиками и выбора – соглашаться на изъятие органов умершего или нет.

    Органы украинцев будут массово продавать за границу.

    В законе четко указано: «Органы, изъятые у посмертных доноров, запрещено передавать учреждениям здравоохранения и научным учреждениям, которые находятся в других странах, для проведения трансплантации».

    Из этого правила есть исключение: если в Украине изъятый орган никому не подходит, то информация передается другим странам. Передать туда анатомический материал можно только на условиях равноценного обмена – почка за почку, печень за печень. О продаже речь не идет.

    Органы будут вырезать у живых зеков и психически нездоровых людей.

    Закон запрещает изъятие органов у живого донора, если он находится в СИЗО или исправительной колонии, а также у людей, страдающих психическими расстройствами.

    Не могут быть живыми донорами иностранцы, лица без украинского гражданства и нелегально находящиеся в Украине.

    Массово будут изымать органы у всех убитых и социально незащищенных.

    Законодательно запрещено изымать органы у любого человека, погибшего насильственной смертью. В частности это касается военных, убитых во время боевых действий на востоке или во время других военных операций.

    Посмертными донорами не могут быть дети-сироты или дети, лишенные родительской опеки. Если человек умер, а личность его не установлена, он также не может рассматриваться в качестве посмертного донора.

    В реанимации будут не спасать, а разбирать на органы.

    Закон обязывает проводить активную реанимацию человека до момента смерти мозга. Ее констатирует консилиум врачей, в котором не участвуют связанные с вопросами трансплантации медики.

    Реальные риски

    За всеми подобными разговорами внимание общества отвлекают от реальных рисков, заложенных в законе. Богомолец утверждает, что принятый документ абсолютно безопасен для украинцев, а Главное юридическое управление Верховной Рады доработало закон так, чтобы в нем не было ни одной лазейки. Тем не менее, они есть.

    Изначально постулат о том, что развитие в Украине института трансплант-координации (люди, контролирующие процесс трансплантации) строится по образцу испанской модели, был не самым удачным способом продвижения.

    В 2007 году МВД расследовало дело гибели львовянина Владимира Васильева, которого привезли с заграничных заработков домой в цинковом гробу с вырезанным сердцем и почками. И привезли его именно из Испании. Украинские судмедэксперты определили, что органы вырезали, когда в теле еще циркулировала кровь, т.е. явно для трансплантации.

    Впрочем, есть более прикладные моменты, которые настораживают. UA1 проконсультировался с одним из лучших специалистов в сфере юридического сопровождения операций по трансплантации, чтобы выяснить, насколько реальны замеченные нами в законе риски.

    В этом нам помог практикующий адвокат, директор Центра медицинского и репродуктивного права, старший научный сотрудник Института государства и права им. В.М. Корецкого НАН Украины Сергей Антонов.

    Мягкое наказание. Как бы хорошо ни был выписан закон, всегда найдутся люди, которые попробуют его обойти. Сдерживающим фактором является строгость наказания. А в законе о трансплантации оно не слишком сурово.

    За нарушение установленного законом порядка трансплантации анатомического материала предусмотрен штраф 850 гривен (в первоначальной редакции было 8500 гривен), или ограничение свободы до трех лет, или исправительные работы на два года.

    Дальше эти нарушения детализируются – сколько лет за какое именно нарушение, вплоть до 8 лет тюрьмы. Но все это – и незаконная торговля органами, и изъятие органов обманным путем или по принуждению – в общем и целом означает «нарушение установленного законом порядка трансплантации анатомического материала».

    Примером может быть практика украинских судов по рассмотрению дел о коррупции – их либо квалифицируют по самому мягкому пункту статьи, либо же переквалифицируют дело на другую статью с более мягким наказанием. В результате нарушитель отделывается штрафом или условным сроком. И ничего не мешает по этой же схеме рассматривать уголовные дела в отношении «черных трансплантологов».

    «Да, наказание крайне мягкое и неадекватное за такие опасные для людей и общества преступления, – соглашается Сергей Антонов. – Но наши депутаты уже давно увлекаются декриминализацией преступлений».

    Торговля информацией. Закон гласит, что согласие живого донора на изъятие у него анатомического материала вносится в Единую информационную систему. Но вносится не сразу, а в течение трех дней.

    Предположим, у чиновника уже есть информация о доноре, но он три дня не вносит ее в базу, и донорский орган там «не светится». Одновременно с этим чиновник в электронной системе видит всех пациентов, которым срочно необходим этот орган. Чиновник может предложить информацию о доноре за вознаграждение. Адвокат Антонов подтвердил, что такая ситуация вполне возможна.

    Уязвимость базы данных. В Единой государственной информационной системе трансплантации будет собрана вся личная информация доноров и реципиентов – паспортные данные, адрес регистрации и проживания, номер мобильного, адрес электронной почты, сведения о состоянии здоровья.

    Опыт государственных баз данных показывает, что защищены они не лучшим образом. В свое время хакеры «положили» электронные реестры Минюста, сайты крупнейших банков и госструктур, включая и входящие в систему военпрома.

    Вопрос – через какое время после запуска информационной системы трансплантации подробнейшие личные данные тысяч украинцев попадут в платный доступ?

    Но кроме взлома может быть еще и вмешательство в базу данных со стороны имеющих к ней доступ чиновников, например, чтобы манипулировать с очередью на трансплантацию. По такой схеме действовали сотрудники Минюста и некоторые нотариусы, внося изменение в электронные реестры собственников, чтобы завладеть чужим имуществом. И это были не единичные случаи.

    «Такая опасность действительно есть, – утверждает Антонов. – Ведение таких реестров должно быть под жёстким внешним контролем, в том числе и независимым. Пока информации о таком контроле нет, и идеи отсутствуют. Это явная недоработка законодателей».

    Впрочем, эксперт отмечает, что манипуляции с очередью на трансплантацию встречаются и за границей.

    Необоснованные страхи

    Есть еще ряд положений закона, которые с точки зрения рядового украинца вызывают вопросы или настороженность. Но эксперт в них особой опасности не усматривает.

    К примеру, в соответствии с новым законом пациенту, находящемуся в неотложном состоянии, делают пересадку органа без его личного согласия или согласия родственников.

    Теоретически существует вероятность, что таким пациентом может оказаться противник трансплантации, например, из-за религиозных убеждений. В таком случае клинике предстоит судебное разбирательство.

    «Исходя из национальной и международной судебной и адвокатской практики крайне сомнительно, что «пациент-отказник» выиграет суд, – объясняет Антонов. – Спасение жизни человека превалирует над жизненными и религиозными принципами».

    Также, по мнению адвоката, безосновательны опасения, что в случаях с неотложной помощью, когда согласие пациента или его родственников не нужно, врачи могут взяться за заведомо неудачную трансплантацию, только чтобы получить оплату из бюджета. Примерно как с озеленением городов: бюджетные деньги взяли и посадили заведомо плохие саженцы, которые не приживаются.

    «Сомнительно, что украинские врачи будут браться за заведомо неудачную операцию по трансплантации, – уверен Антонов. – Бюджетные деньги получает медучреждение, а не лично врач, так что это явно сомнительная выгода. Зато риск ответственности, в том числе и моральной, очень велик».

    Таким образом, у нового закона о трансплантации есть свои положительные и отрицательные стороны. И их количество будет зависеть от того, кто и как будет этот закон реализовывать. А как это будет выглядеть на практике, станет понятно в 2019-ом.

    Теги : Минздрав Богомолец НАН Украины трансплантация органов Сергей Антонов
    ТАКЖЕ ЧИТАЙТЕ
    Комментарии
    1000 символов осталось
    ТОП МАТЕРИАЛОВ


      Архив