Как украинские чиновники прячутся от люстрации: топ-5 схем

    22 октября, 2015 14:20
    В Украине за год люстрирована лишь восьмая часть чиновников, которым запрещено работать на госслужбе. Такими темпами на люстрацию понадобится около семи лет

    Закон об очищении власти оказался одним из самых многострадальных. Всего за год в парламенте были зарегистрированы 13 поправок к этому документу: от полной отмены закона до внесения норм, которые свели бы действие закона к фикции.

    Кроме этого имели место попытки отменить люстрацию с подачи Венецианской комиссии по правам человека. А когда это не прошло, в апреле 2015-го соответствующее обращение поступило в Конституционный суд Украины. Но и это еще не все – 22 октября КСУ вновь вернулся к рассмотрению конституционности закона о люстрации.

    Два наибольших саботажника люстрации – МВД и Государственная фискальная служба.

    Тем не менее, закон этот все еще действует, и худо-бедно исполняется. Всего за два года, отведенных на люстрацию чиновников, должно быть проверено примерно 700 тысяч человек. Из них порядка 5500 должны быть отстранены от занимаемых должностей с запретом работать на госслужбе в течение 10 лет.

    На сегодняшний день из этого количества в официальный реестр люстрированных чиновников Минюст внес чуть более 700 человек. Еще около 1200 чиновников оставили посты по собственному желанию, чтобы не оказаться в лучшем случае в неудобном положении, а в худшем – на скамье подсудимых.

    Однако несмотря на то, что чистка во всех эшелонах власти длится уже год, проблем меньше не становится. И у организаций, вплотную занимающихся люстрацией, уже появился своеобразный рейтинг ведомств, которые заботливо ограждают своих сотрудников от кадровой чистки.

    Кадровой службой МВД руководят те же люди, что и во времена Захарченко.

    Кому закон не писан

    «Два наибольших саботажника люстрации – это МВД и Государственная фискальная служба», – утверждает председатель Совета ОО «Общественный люстрационный комитет» Александра Дрик.

    По подсчетам этой организации, из всего количества ведомств, где люстрацию откровенно игнорируют, больше половины составляют именно эти две структуры с показателем 37% МВД и 23% ГФС.

    По словам директора Департамента по вопросам люстрации Минюста Татьяны Козаченко, у налоговиков ситуация вообще аховая: 42% сотрудников центрального аппарата ГФС однозначно попадают под запрет занимать свои должности. В территориальных отделениях это относится к 15% сотрудников.

    Не лучше дела и у правоохранителей. «Кадровой службой МВД руководят те же люди, что руководили ею во времена Захарченко», – констатирует председатель парламентского комитета по вопросам предотвращения и противодействия коррупции Егор Соболев. Хотя, по его мнению, наиболее проблемное направление сейчас – это таможня.

    «Наиболее страшная картина на таможне, – уверяет он. – По словам бывшего замглавы таможенной службы Константина Ликарчука, официально руководитель киевской региональной таможни Геннадий Романенко люстрирован, но по факту этот человек и сейчас все решает».

    Высший совет юстиции принял только 4 решения относительно нарушения присяги судьями. Остальные дела массово закрывают.

    А судьи, которые в идеале должны содействовать процессу люстрации, зачастую принимают совсем другую сторону. Причина все в том же: перенасыщение этой системы старыми кадрами.

    «За полгода к нам поступило более 3 тысяч заявлений о неправомерных действиях судей, из них 360 дел рассмотрены, – говорит член временной специальной комиссии по проверке судей Петр Варишко. – Мы проработали 66 судей и по 49 из них определили нарушение присяги. Но на сегодняшний день Высший совет юстиции принял только 4 решения относительно нарушения присяги судьями. Остальные дела массово закрывают».

    Все это дает возможность чиновникам увиливать от люстрации. Причем чем больше нормативных документов ограничивают их пребывание на посту, тем более изобретательными и изворотливыми они становятся.

    Бесценный опыт

    Сегодня многие госслужащие из «старой гвардии» времен Януковича могут давать настоящие мастер-классы о том, как выйти сухим из воды, сохранить свою должность и приумножить «нажитое непосильным трудом» на госслужбе.

    Чиновники старой формации не брезгуют ничем. Начиная от откровенного криминала, как в случае с замначальника главка ГФС в Киеве Анной Игнатенко, подделавшей письмо Минюста о том, что люстрация к ней не применяется, и заканчивая банальным затягиванием проверки, как это происходит с сотнями других чиновников.

    Но чаще всего попадающие под люстрацию госслужащие применяют уже устоявшийся и проверенный набор инструментов по защите своего служебного кресла. Сейчас среди них наиболее популярны пять основных схем.

    Толчок к затягиванию проверок по всей стране был дан киевским Апелляционным судом.

    1. Участие в АТО. Одна из самых первых схем ухода от люстрации. «Закон об очищении власти» предусматривает некоторые поблажки для тех, кто попадает под люстрацию, но участвовал в боевых действиях на востоке.

    Из-за этого чиновники массово ринулись получать удостоверения участника боевых действий. И если бы не реакция реальных участников боев на Донбассе, многие госслужащие успели бы «проскочить» через этот черный ход.

    Одним из наиболее резонансных случаев использования этой схемы стал опыт замминистра регионального развития Дмитрия Исаенко. Только под давлением активистов, которые пытались выяснить у чиновника, в каком подразделении он служил и в каких боях участвовал, Исаенко отказался от статуса участника АТО, и в январе 2015 года был уволен с должности.

    А вот руководителю Украинского бюро Интерпола Василию Неволе и двум его заместителям именно эта схема до сих пор позволяет оставаться при своих должностях, хотя они подлежат люстрации.

    Как выяснили в Общественном люстрационном комитете, Неволя в течение 4 дней пребывал в Краматорске и по итогам командировки получил статус участника АТО, ограждающий его от увольнения.

    2. Перевод на другую должность. Чаще всего эту схему используют фискалы. Подпадающего под люстрацию чиновника переводят на другую должность – советником или заместителем. Причем это совершенно не означает понижения статуса.

    К примеру, экс-начальник Киевской городской таможни ГФС Юрий Дворак получил перевод в аппарат Верховной Рады. А бывшая руководительница главка ГФС в Черниговской области Кристина Будзяновская теперь служит замначальника налоговой инспекции Шевченковского района в Киеве.

    Редким исключением в этой схеме стала лишь скандально известная на всю Житомирскую область Лилия Куришко. С должности начальника ГФС области ее перевели на должность замначальника. Но работу в структуре она сохранила.

    Впрочем, и другие ведомства успешно используют подобную схему ухода от люстрации. Так, 100% попадающий под люстрацию замминистра МВД Виталий Сакал уволился с должности заместителя по собственному желанию, но тут же был назначен советником министра. А уже на эту должность действие люстрационного закона не распространяется.

    Попадающие под люстрацию служащие наносят превентивный удар: подают иск в суд о том, что к ним закон не относится, и увольнять их нельзя.

    3. Затягивание проверки. Одна из самых распространенных сегодня схем в ключевых министерствах и ведомствах – МВД, ГФС, ГПУ, таможне. Изначально толчок к затягиванию проверок по всей стране был дан киевским Апелляционным судом.

    18 декабря 2014 года, за день до запланированного начала люстрационных проверок, судьи вынесли решение перенести начало люстрации на полгода.

    Этот же механизм используется на региональном уровне. Так, 23 марта 2015 года бывший тогда киевским прокурором Сергей Юлдашев распорядился перенести люстрацию в столичной прокуратуре с апреля на октябрь.

    В свою очередь, каждое из ведомств использует эту схему для того, чтобы занимающие должность чиновники, подпадающие под люстрацию, продолжали оставаться на своих местах. Формально проверка в отношении этих сотрудников началась, но результатов нет по 3-5 месяцев.

    4. Судебный запрет на люстрацию. Тоже довольно популярная среди чиновников схема. Суть в том, что попадающие под люстрацию служащие наносят превентивный удар: подают иск в суд о том, что к ним закон не относится и увольнять их нельзя. Судьи своим решением запрещают ведомству увольнять такого сотрудника.

    В этом отношении самый показательный случай – опыт заместителя киевского прокурора Олега Валендюка, который сейчас исполняет обязанности прокурора столицы.

    На следующий день после вступления в силу люстрационного закона, он подал иск о признании действий ГПУ, направленных на его увольнение по люстрации, незаконными. В итоге Окружной админсуд Киева постановил: запретить ГПУ увольнять Валендюка с занимаемой должности.

    Этой же схемой воспользовалась и начальник главка ГФС Киева Людмила Демченко. В апреле 2015-го она подала иск в суд с требованием признать информацию о том, что она попадает под люстрацию, неправдивой.

    Суд стал на сторону главного фискала столицы и вопреки всем нормам закона постановил: люстрировать нельзя. И Демченко до сих пор руководит всеми киевскими фискалами.

    Это конфликт между обществом, которое выставляет власти свои требования, и властью, которая эти требования не готова выполнять.

    5. Ходатайство вышестоящего начальства. Если по какой-то случайности ни одна из четырех предыдущих схем не сработала, чиновники прибегают к основному козырю.

    По закону начальство может ходатайствовать о том, чтобы служащий продолжил работу, если он крайне необходим и ценен для ведомства. Причем просить об этом могут руководители любого ранга – от министра и до президента.

    Самый яркий пример удачного использования этой схемы – генерал-майор милиции Александр Терещук, в июне уволенный с должности начальника киевской милиции. Но через месяц вновь в ней восстановленный по распоряжению президента из-за ценности этого сотрудника в деле обеспечения обороноспособности государства.

    Свет в конце тоннеля

    Нынешняя ситуация с выполнением норм люстрационного закона показательна для оценки происходящих в стране процессов. «Это конфликт между обществом, которое выставляет власти свои требования, и властью, которая эти требования не готова выполнять», – считает Дрик из Люстрационного комитета.

    Тем не менее, даже те две тысячи официально люстрированных и добровольно ушедших со своих постов чиновников – это уже результат. Во-первых, это освобожденные для новых достойных претендентов места. А во– вторых, это способствует дополнительной кадровой чистке.

    «Сейчас, если приходит новый руководитель, он начинает «сдавать» людей предыдущего, – приводит пример Соболев. – При всей моей нелюбви к Шокину, он люстрировал прокурора Киева Юлдашева, которого долго прикрывал Ярема».

    Дальнейшая стратегия – разработка новых норм и положений, которые ограничили бы доступ к власти скомпрометировавших себя чиновников.

    «Мы приняли новые законы, которые преследуют ту же цель очищения власти, только они по-другому называются, – говорит Соболев. – К примеру, теперь в декларацию о доходах чиновник обязан вносить не только записанное на него имущество, но и то, которым он пользуется, пусть даже оно оформлено на других людей. Одним законом мы их не достанем, но цепью законов и под давлением общества мы обязательно добьемся победы».

    Теги: МВД шокин юлдашев люстрация Минюст Венецианская комиссия судьи Высший Совет Юстиции Виталий Ярема ГФС закон о люстрации Общественный люстрационный комитет
    ТАКЖЕ ЧИТАЙТЕ
    Комментарии
    1000 символов осталось
    ТОП МАТЕРИАЛОВ



      Архив